Алхимия

Все теоретические, философские и доктринальные аспекты теософического учения
Ответить
Аватара пользователя
Николя
постоянный участник
Сообщения: 243
Зарегистрирован: 07 мар 2015, 00:05
Откуда: Оренбург

Алхимия

Сообщение Николя » 29 сен 2017, 20:31

Нашёл подробное и интересное описание Великого Делания в "Чёрной магии" Кавендиша ( http://modernlib.ru/books/kavendish_ric ... a/read_11/ ):

Глава 4

КАМЕНЬ И ЭЛИКСИР

В 1526 году Агриппа Неттесгеймский писал другу: "Да будет благословен Господь Бог! Я - богач, если только окажется в побасенке хоть малая доля истины. Один мой давний друг, человек рассудительный, принес мне семена золота, посадил их в бутыли с длинными горлышками и поставил у меня над печью, разведя снизу слабый огонь, не жарче солнечного тепла. И вот, как наседка, хлопочущая над яйцами, мы поддерживаем тепло день и ночь в надежде, что вылупятся у нас золотые цыплята. Если проклюнутся все семена, мы превзойдем Мидаса по богатству, если же нет - то хотя бы по длине ушей. *. Подобное иронично-презрительное отношение к алхимии не разделяли, однако, короли и прочие сильные мира сего, с неутомимым энтузиазмом предававшиеся погоне за золотом. В конце XVI века сенаторы Венеции наняли кипрского алхимика, чтобы поправить финансовые дела республики, но все усилия оказались тщетны. Английский король Карл II приказал соорудить под своей спальней алхимическую лабораторию, невзирая на то, что единственными наглядными результатами алхимических опытов зачастую становились взрывы разрушительной силы. Шотландский король Яков IV нанял бесстрашного алхимика, который безуспешно пытался не только превратить неблагородные металлы в золото, но и подняться в небо на крыльях, изготовленных из птичьих перьев. Спрыгнув со стены замка Стирлинг, он камнем рухнул вниз и сломал себе ногу. Эту свою неудачу он объяснил тем, что в крыльях оказались перья курицы - птицы, "устремленной к навозной куче, а не в небеса". При датском короле Кристиане IV в 1640-х годах и при некоторых других монархах чеканили монеты и медали из алхимического золота. В 1675 году один алхимик в присутствии императора Священной Римской империи Леопольда I превратил в золото медь и олово, а спустя два года тот же адепт превратил серебряный медальон в золотой. В 1888 году этот медальон исследовали и обнаружили, что удельный вес материала, из которого он состоял, занимал промежуточное положение между удельными весами золота и серебра. Высшей целью "Великого Делания" алхимиков было создание Философского Камня, обращающего в золото любое вещество.
Химик XVII века, изобретатель термина "газ", Ян Баптист ван Гельмонт в своем трактате "Dе Vitа Еternа" ("О жизни вечной") так описывает этот таинственный Камень: "Я несколько раз видел и держал в руках Камень Философов; по цвету он подобен порошку шафрана, но тяжелый и блестящий, точь-в-точь как истолченное в порошок стекло. Однажды мне вручили четвертую часть грана, т. е. шестисотую долю унции Гельвеций, выдающийся авторитет в области медицины, в отличие от Ван Гельмонта, относился к алхимии скептически. В 1666 году его посетил незнакомец, продемонстрировавший ему три небольших куска Камня, "каждый из которых был величиной с небольшой грецкий орех, прозрачный, цвета бледной серы". После долгих уговоров незнакомец дал ему крупицу этого вещества. Гельвеций заявил, что этого слишком мало, но незнакомец в ответ разделил кусочек пополам и вручил недовольному ученому крупицу вдвое меньше прежней. Когда незнакомец ушел, Гельвеций поместил Камень в воск и нагрел его в тигле с половиной унции свинца. Он сомневался в том, что из этого выйдет что-либо путное; однако через полчаса свинец превратился в золото, высокое качество которого подтвердилось испытаниями *. Эти истории кристально ясны по сравнению с теми описаниями Философского Камня, которые приводит большинство алхимиков. Они утверждают, что Камень - это некое вещество, которое встречается в природе повсеместно, но люди считают его бесполезным. Он имеет животную, растительную и минеральную природу, тело, душу и дух; он вырастает из плоти и крови; он состоит из огня и воды. Это камень, но и не камень; он неведом, но известен каждому; он презираем, но невообразимо драгоценен; он от Бога, но и не от Бога. Инструкции к получению Философского Камня зашифрованы с помощью сложной символики. "Дважды свяжи раба и трижды заточи его в темницу, - говорится в книге, авторство которой приписывается алхимику и астрологу XIII в. Арнольду из Виллановы. - Оберни его одним слоем белейшего льна, но если он будет непокорен, брось его в темницу снова. Пусть он воспримет сам себя. На третью ночь дай ему белую жену. И он оплодотворит ее. Так она породит на свет тридцать сыновей, которые превзойдут своего родителя **". Розенкрейцер и алхимик Михель Майер (умер в 1622 г.) писал: "Из мужчины и женщины сотвори круг, затем квадрат, затем треугольник и, наконец, снова круг, и ты получишь Философский Камень" ***. Алхимики окутывали свои операции покровом тайны, часто тем самым вводя в недоумение своих собственных коллег. Из-за этого смысл многих алхимических процессов до сих пор невозможно расшифровать. Нередко алхимию называют невежественной матерью современной химии; однако этот аспект ее не особенно интересен. Ведь дело не только в том, что Философский Камень превращал неблагородные металлы в золото. Он еще и символизировал духовную трансформацию человека, переход из состояния земной нечистоты к небесному совершенству. Некоторые алхимики даже близко не подходили к лабораториям и осуждали попытки превращать свинец в золото как проявления стяжательства; но и среди тех, кто в поте лица трудился у тиглей и перегонных кубов, многие были убеждены, что сделать Камень может лишь человек, постигший сокровенные тайны вселенной. Выразить эти тайны обыденным языком было невозможно (даже если сбросить со счетов опасность, что они попадут в руки недостойных людей). Их можно передать лишь с помощью символов и аллегорий, а всю полноту их значения можно воспринять лишь посредством мистического опыта.

1. ОСНОВАНИЯ АЛХИМИИ

Ибо вот. Царствие Божие внутри вас есть. Евангелие от Луки, 17:21 Алхимия, как и прочие оккультные искусства, базируется на вере в единство вселенной и взаимосвязь всех явлений природы. Принцип единства и упорядоченности алхимики обозначили как некое вещество под названием "Первоматерия", которое остается неизменным при любых обстоятельствах. Первоматерия является не материей в обычном смысле слова, а лишь потенциальной материей. Любое описание ее будет противоречивым. У Первоматерии нет никаких качеств и свойств, но в то же время она содержит в себе все возможные свойства и качества, ибо в ней заключена потенциальность всех вещей и явлений. Первоматерия - это то, что останется после того, как объект лишится всех своих характеристик. Вплоть до XVIII века и даже позднее алхимики были убеждены, что любой предмет можно лишить его характеристик, тем самым возвратив его в Первоматерию, к которой затем можно добавить другие, лучшие характеристики. Это воззрение покоилось на преобладавшей в то время теории устройства материального мира - теории четырех первоэлементов, разработанной Платоном и Аристотелем и усовершенствованной более поздними философами. Согласно этой теории (которая считалась практически неоспоримой вплоть до Роберта Бойля, подвергшего ее критике в XVII веке), вселенная была создана неким божеством или более мелким сверхъестественным существом, который сотворил или обнаружил Первоматерию, придал ей форму и одухотворил ее. Первыми порождениями Первоматерии стали четыре элемента Огонь, Воздух, Вода и Земля. Каждому из этих элементов присущи по два из четырех основных качеств, свойственных всем вещам. Эти качества - тепло, холод, влажность и сухость. Огонь - горячий и сухой, Воздух - горячий и влажный, Вода - холодная и влажная, а Земля - холодная и сухая. Все в мире состоит из четырех первоэлементов, а различия между предметами и веществами объясняются тем, что эти элементы сочетаются в них в различных пропорциях. Если одно из качеств элемента изменить, он превратится в другой элемент. Когда горячий и сухой Огонь утрачивает качества тепла, он становится холодным и сухим, а следовательно, превращается в Землю (становится пеплом). Когда холодная и влажная Вода нагревается, она становится горячей и влажной и превращается в Воздух (испаряется). Эта теория играла в алхимии важнейшую роль, ибо допускала возможность трансмутации веществ. Золото - это смесь четырех первоэлементов, взятых в определенных пропорциях. Неблагородные металлы - смеси тех же элементов, но в иных пропорциях. Значит, изменяя пропорции в этих смесях путем нагревания, охлаждения, осушения и разжижения, неблагородные металлы можно превращать в золото. Многие современные оккультисты верят, что некоторым алхимикам прошлого удалось-таки получить золото. Они также придерживаются теории четырех элементов. "Современные исследования подтверждают старое учение о том, что Вселенная была сотворена из четырех элементов - Огня, Воздуха, Воды и Земли в указанном порядке; каждый следующий элемент вырастал из предшествующего, и все они были одухотворены Словом, осенившим их в момент Творения *". Однако в современном оккультизме четыре первоэлемента считаются четырьмя состояниями, в которых может пребывать энергия. Огонь символизирует электричество, Воздух - газообразное состояние вещества, Вода - жидкое, а Земля - твердое. Любой предмет существует в одном из этих четырех состояний или в их смеси, и одно состояние можно преобразовать в другое. Практическим подтверждением теоретической возможности трансмутации для древних алхимиков служило кузнечное дело. Ремесленники Древнего Египта, где, по-видимому, и возникла алхимия на рубеже нашей эры, создавали серебряные и медные сплавы, внешне похожие на золото. Разнообразных сплавов такого рода было настолько много, что появилась сложная система терминов, с помощью которых торговцы различали разные виды "золота". В Фивах Египетских был найден папирус на греческом языке, датируемый приблизительно 300 годом до н. э., в котором описано несколько способов производства золота и серебра из других металлов; автор текста уверенно заявляет, что полученные вещества будут неотличимы от настоящих золота и серебра при любых испытаниях. В этих и других древних рецептах главной задачей представляется изменение цвета металла - добавление желтизны или белизны, чтобы конечный продукт выглядел, как золото или серебро. Древние ремесленники стремились, в первую очередь, подражать Природе и использовали сплавы и красители для производства материалов, похожих на природные вещества. Вера в возможность уподобить искусственные творения природным стала одним из фундаментальных принципов алхимии. Итог этому убеждению подводит максима, гласящая, что "самая близкая к природе и совершенная работа состоит в том, чтобы создать вещь, подобную себе самой". С этим принципом сочеталась вера в то, что менее ценные, неблагородные металлы - это ошибки Природы. Природа всегда стремится к совершенству и старается создать самый совершенный металл, т. е. золото, которое в меньшей степени, чем другие вещества, подвержено порче и коррозии. Но природные процессы нередко отклоняются от пути истинного, и в результате получаются иные, несовершенные металлы. Пытаясь превратить неблагородный металл в золото, алхимик полагал, что освобождает его от дефектов и переводит его в высшее состояние, к которому тот естественным образом стремится. Алхимическое золото должно быть настоящим, а алхимические операции должны повторять процессы естественного формирования золота в недрах земли. Алхимики обращались с металлами, как с живыми существами. Они не проводили четкой границы между одушевленными и неодушевленными предметами. В их мире все предметы, включая людей и животных, состояли из одних и тех же четырех элементов и были живыми (или, как сказал бы современный оккультист, все предметы содержат в себе энергию). Считалось, что металлы растут в недрах земли точно так же, как ребенок - в чреве матери. В немецком справочнике по металлам и горному делу, опубликованном в 1505 году, говорится: "Следует отметить, что для роста или воспроизводства руды необходим родитель и некий предмет, способный Принять порождающее действие Базовая для всей алхимии аналогия между жизнью металла и жизнью человека является очередным отражением магической теории, утверждающей, что все вещи в мире сотворены по образу человека. Первый этап Великого Делания состоял в том, чтобы низвести неблагородный метал до состояния Первоматерии, которая "убивала" его, лишая внешней формы, и в то же время высвобождала скрытую внутри него искру новой жизни (подобно тому, как в момент смерти человеческая душа освобождается от тела). Затем эта искра жизни воссоединяется с Первоматерией и порождает "эмбрион" металла, который от природы предрасположен к тому, чтобы стать золотом, ибо Природа стремится к совершенству. Вскормленный должным образом, этот эмбрион будет расти и, в конце концов, родится в тигле алхимика в форме совершенного золота Философского Камня. Таков общий план работы алхимика, за вычетом бесчисленных тонкостей и деталей процесса. Алхимики отличали "тело" вещества - его несгораемую часть - от "духа" - горючей и летучей части. Когда дерево "гибнет" в огне, образуются дым и зола. Зола - это мертвое тело дерево, а дым, воспаряющий к небесам, - дух, или искра жизни дерева. Веру в то, что в любой материальной форме заключена искра божественной жизни, падшая с небес, алхимики заимствовали из сложной системы религиозно-философской мысли, бытовавшей в странах Восточного Средиземноморья на рубеже нашей эры. Эту веру разделяли гностики, считавшие, что душа спускается от Бога через небесные сферы и попадает в плен материальной оболочки. Наличие в Книге Бытие двух различных версий мифа о сотворении человека побудило иудейских и гностических комментаторов к разнообразным спекуляциям на тему двойственности человеческой природы и к выводу о том, что небесная, духовная сущность сочетается в человеке с земной, материальной. Манихеи, почерпнувшие представление о божественной искре из зороастризма, утверждали, что в начале времен силы Тьмы, обуянные завистью, пошли войной против божественного царства Света. Захватив частицы света, темные силы заключили их в сотворенные ради этой цели человеческие тела. Поэтому тьма в человеке смешана с божественным светом, который манихеи называли "живым Я" или "светящимся Я" (прообраз понятия астрального тела, принятого в современной оккультной теории). Некоторые христианские гностики называли этот внутренний свет "искрой света" или "семенем света". А в Новом Завете он именуется "pneuma" - "пневма", что в буквальном переводе с греческого означает "дыхание" или "дух". Греческие философы также разрабатывали теории пневмы. Аристотель утверждал, что все вещи на земле подвержены изменениям и распаду из-за того, что они состоят из четырех первоэлементов, которые по своей природе изменчивы. При этом он признавал устойчивость видов: крыса всегда рождает крысят, а не черепашек. В наше время устойчивость видов объясняется в конечном итоге специфическими свойствами ДНК. Аристотель же объяснял ее действием неизменного компонента, содержащегося в мужском семени, - пневмы.
В этом же направлении развивались идеи философов-стоиков последних веков до н. э. и первых веков н. э. Они утверждали, что пневма - это нечто, наличествующее в живых существах, помимо твердых и жидких веществ, из которых состоят их тела. Пневма распространяется волнами, подобно звуку; существуют различные "тона" пневмы, или степени натяжения (по аналогии с барабаном, издающим различные звуки в зависимости от натяжения кожи). Это древняя форма оккультной теории вибрирующей вселенной. Характеристики любого предмета зависят от степени натяжения волн его пневмы. В живом организме содержатся различные типы пневмы. "Связующая пневма" не дает организму распасться и обеспечивает его единство, "животная пневма" одушевляет его, а "разумная пневма", присущая только мыслящим существам, наделяет его разумом. "Разумная пневма" - это стоический эквивалент божественной искры, падшей с небес. Она продолжает жить после смерти тела и, приняв форму огненного пара, возвращается к своему первоисточнику на небесах. Этот первоисточник - "универсальная пневма", связующая все вещи субстанция, или Единое *. Алхимики со своими антропоморфными представлениями о вселенной полагали, что вся материя содержит в себе пневму, или дух, который они отождествляли со ртутью, на латыни носившей имя "mercury" - в честь бога разума Меркурия, соотносящегося с "разумной пневмой" стоиков. Яркий блеск ртути, должно быть, напоминал алхимикам о божественном свете, заключенном в материи, а ее жидкая форма, по-видимому, породила представление о том, что ртуть - это жизненная сила всех металлов. Жидкости вообще считались носителями жизни; примерами тому служили дождевая вода, кровь, сперма и содержимое птичьих яиц. Если металлы вообще - это живые существа, то самой живой среди них, несомненно, должна быть именно ртуть: ведь она подвижна, и не зря ее называют также "argentvive" "живое серебро". Ртуть считалась духом всякой отдельной материальной формы и отождествлялась паром, выделяющимся при нагревании вещества. Иногда ее связывали с единым, лежащим в основе всего многообразия, - в том же смысле, в каком у стоиков "разумная пневма" отдельного живого существа являлась частью "универсальной пневмы". Как и Единое, ртуть сочетает в себе полярные противоположности. Она - металл, но она же- жидкость. Будучи жидкостью, она, однако, не смачивает поверхность, с которой соприкасается. Поэтому ртуть называли "муже - женским" металлом и часто символически изображали в виде гермафродита. Встречаются также изображения ртути в виде единорога, укрощаемого девственницей (символ примирения противоположностей) в виде борьбы льва с единорогом (символ антагонизма противоположностей); и в виде дракона или крылатого змея - фантастических животных, в которых массивность (змея, земля) сочетается с подвижностью (крылья, воздух, пар). Ртуть алхимиков была не обычной ртутью, а "философской", т. е. идеальной субстанцией, а природная ртуть считалась лишь несовершенным ее подобием. Кроме философской ртути, алхимики выделяли еще несколько идеальных субстанций, доказательство существования которых находили в платоновской теории идей, а также у Аристотеля, утверждавшего, что четыре первоэлемента в том виде, в каком мы их знаем, не являются истинными. Например, воздух, которым мы дышим, представляет собой не элемент Воздуха в чистом виде, а смесь всех четырех первоэлементов, в которой Воздух лишь преобладает над остальными компонентами. Особая роль ртути в алхимии определялась не только античной теорией первоэлементов (которая повлияла на средневековых алхимиков не напрямую, а через посредство арабских трактатов, переводившихся на латынь начиная с XII века и позднее), но и Библией. Философскую ртуть отождествляли с Духом Божьим, носившимся над водой до сотворения мира. Бог сотворил Первоматерию - пустую зияющую тьму: "Земля же была безвидна и пуста и тьма над бездною..." (Книга Бытие, 1:2). Затем тьма сгустилась и стала водами, над которыми и витал Дух Божий. Дух Божий одухотворил Первоматерию и придал ей структуру, в которой содержались семена всех будущих вещей. Это деяние Духа уподобляли оплодотворению и высиживанию яиц, вспоминая древние мифы о том, что жизнь во вселенной возникла благодаря божественному соитию. Ортелий, алхимик конца XVI века, писал, что Дух Божий "носился (incubavit*) над .водой" и "возлежал на водах древних, оплодотворил их и высидел в них семя, словно курица - яйцо *". Это деяние считалось предпосылкой всего последующего процесса сотворения мира. Утверждали, что в первой главе Книги Бытие содержатся все тайны Великого Делания, и некоторые адепты разрабатывали алхимические процессы по образцу семи дней творения. Ортелий также говорил, что Дух Божий "был вдунут во все вещи словом Божиим и воплощен в них". Это идея - еще один старинный прообраз теории вибрирующей вселенной. В Книге Бытие Бог творит мир, произнося повеления и выдыхая воздух; так, при сотворении Адама Господь "вдунул в лице его дыхание жизни". Произнесение слов и дыхание порождают вибрации воздуха, и цитированный выше современный автор, рассуждая об одухотворении четырех первоэлементов "Словом, осенившим их в момент Творения", пишет далее, что дуновение Слова создало вибрации, пронизавшие всю вселенную. Оккультисты часто проводят параллель между духом, или заключенной в человеке божественной искрой, и вдохновением, которое в буквальном смысле означает нечто, вдунутое в человека. На основании первой главы Евангелия от Иоанна алхимики и оккультисты стали отождествлять творящее Слово Божие с Духом Божиим из Книги Бытие, с жизненным принципом, с божественным дыханием, оживившим Адама, и с искрой божественного света, скрытой в недрах материи. "В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога: все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его" (Евангелие от Иоанна, 1:1-5). Ртуть-"дух" предстает в алхимических текстах во множестве разнообразных обличий. В XII-XIII столетиях господствовало убеждение, что все металлы состоят из ртути и серы. Легковоспламеняющаяся сера рассматривалась как огненный, активный, мужской принцип, а ртуть - как водный, пассивный и женский. Иногда же сама ртуть считалась двуприродной, сочетающей в себе мужской и женский принципы. Идеальное золото алхимиков, Философский Камень, считался порождением союза философских серы и ртути, взятых в идеальном равновесии, и соединение этих двух ингредиентов - примирение противоположностей - являлось главным этапом Великого Делания. В IX веке выдающийся арабский алхимик ар-Рази предположил, что в металлах содержится еще и третий компонент - соль. В позднеевропейской алхимии эта идея обрела огромное значение. В XVI столетии Парацельс, не отказываясь от теории четырех первоэлементов, тем не менее утверждал, что все на свете состоит из философской ртути, серы и соли: "Мир таков, каким Бог создал его. В начале Он создал его в виде тела, состоящего из четырех элементов. Это первозданное тело Он основал на тройственном союзе ртути, серы и соли, и таковы три субстанции, из которых состоит совершенное тело. Ибо они образуют все, что состоит из четырех элементов, и содержат в себе все силы и свойства бренных вещей. В них заключены день и ночь, тепло и холод, камень и плод и все прочее, еще не имеющее формы *". Попытки примирить четверицу (четыре первоэлемента) с троицей (ртуть, сера и соль) и двоицей (пары противоположностей - день и ночь, и т. д.) и преобразить все это в единицу (Философский Камень) были одним из главных занятий алхимиков позднего периода. Таким образом, в теорию алхимии включилась идея троичности материи, соотносящаяся с божественной Троицей и с тройственной природой человека. Три части, из которых, по этой классификации, состоит человек, - это тело, душа (чувства, желания, природные склонности и устремления) и дух (высшие способности разума - вдохновение, воображение, прозрения, совесть и способность выносить нравственные суждения). Во всяком металле соль - это тело, инертное, пассивное, женское начало. Огненная сера - это душа металла, соответствующая пылким страстям человека и обладающая мужской природой. А ртуть соединяет и примиряет противоположные друг другу серу и соль; ртуть двупола и соответствует духу человека, посредством которого веления души преобразуются в деяния тела. Эта концепция представляла собой возврат к гораздо более древнему троичному делению человеческой природы на тело (эквивалент "связующей пневмы" стоиков), душу (страсти и желания, "животная пневма") и дух ("разумная пневма" или, во вселенском масштабе, Логос Иоанна-евангелиста, Словом Божиим, которое также считалось Мыслью Божией; ср. сефирот Хокма и Бина в Каббале). Согласно теории нисхождения человеческой души на землю через небесные сферы, дух сокрыт внутри души. Вырвавшись на свободу после смерти человека, дух сбрасывает с себя слой за слоем все внешние оболочки, в конце концов освобождаясь не только от тела, но и от души, и воссоединяется с Богом. Подобно каббалистам, гностики и приверженцы мистических культов вовсе не считали смерть необходимым условием для соединения человека с божеством. "Спасенные светом Твоим,- гласит гностическая молитва, - возрадуемся мы, что Ты явил Себя нам в совершенстве, возрадуемся мы, что Ты сделал нас богами еще при жизни, позволив узреть Тебя *". В мистериях Митры посвящаемый восходил на семь ступеней, минуя семь ворот; тем самым он подражал восхождению души через планетные сферы. В мистериях Исиды посвящаемый надевал на себя или снимал семь (иногда - двенадцать) одеяний. И в том, и в другом случае целью посвящения было "перерождение": посвящаемый претерпевал "малую смерть" и возрождался богом. Герой "Золотого осла" Апулея в финале романа проходит посвящение в мистерии Исиды. Деталей церемонии он не раскрывает, однако говорит, что достиг самых рубежей смерти и вернулся в мир живых. Затем он предстает облаченным в двенадцать священных стол и в так называемую "олимпийскую столу" (плащ, украшенный изображениями священных животных); голова его увенчана пальмовым венком, символизирующим лучи восходящего солнца. "Вдруг завеса отдернулась, и, разукрашенный наподобие Солнца, словно воздвигнутая статуя, оказался я пред взорами народа. После этого я торжественно отпраздновал день своего духовного рождения **". Попытка стать богом - это и есть Великое Делание магии и алхимии. Веру то, что человек может достичь божественности еще при жизни, а неблагородные металлы можно превращать в золото, греко-египетские алхимики-гностики связывали с современными им техниками работы по металлу. Один из этих алхимиков, Зосима из Панополиса (Египет, около 300 года н. э.) описывает свой сон, в котором он видел жреца, освящавшего куполообразный алтарь, воздвигнутый на подножии из пятнадцати ступеней. Зосима услышал голос этого жреца; тот говорил: "Я свершил нисхождение по пятнадцати ступеням во тьму и восхождение по ступеням к свету. Эта жертва обновляет меня, избавляя от плотной телесной природы. Так, освященный необходимостью, я стал духом". Жрец сообщает, что ему пришлось испытать нестерпимые страдания. Его расчленили мечом. Затем его кости перемешали с плотью и "сожгли на очистительном огне". В результате такого преображения тела он стал духом. Слово, которым обозначен куполообразный алтарь - "phа1е", - служило также названием куполообразного стеклянного сосуда, который помещали над дистиллятором для конденсации паров. Возможно, в сновидении Зосимы в символической форме предстает разрушение "тела" металла при нагревании и выделение пара - "духа" металла. Но кроме того, этот сон напоминает посвящение в мистерии. Нисхождение по ступеням во тьму и возвращение к свету - символ нисхождения и восхождения души через планетные сферы. Расчленение жреца мечом - это "малая смерть", предшествующая возрождению. Сжигание в очистительном огне - это очищение земной природы и преображение ее в духовную. Затем в том же сновидении Зосима увидел множество людей, погруженных в кипящую на алтаре воду; горя, они стенали и плакали. А затем перед сновидцем предстал медный человек, в руке которого была свинцовая табличка. Некто сказал Зосиме, что "люди, желающие достичь добродетели, приходят сюда и становятся духами, избавившись от тел". Пробудившись, Зосима велел своим читателям строить храм "словно из белого свинца, словно из алебастра, возведение коего не имеет ни начала, ни конца. Да будет внутри его источник чистой воды, сверкающий, словно солнца...". Затем следует взять меч и найти узкое отверстие - вход во храм. У входа будет лежать змей. Нужно схватить змея, убить его, содрать с него кожу и встать на его тело, словно на ступень перед входом. И тогда ищущий обрящет. Медный человек станет серебряным, а если таково будет желание искателя, то и золотым *. Храм следует понимать как лабораторию алхимика, алтарь - как его аппарат, людей - как ингредиенты Великого Делания, которые превращаются в духов, или пары; а змея - как трудности, с которыми алхимик сталкивается в своей работе. Однако значение сна Зосимы имеет и гораздо более глубокий смысл. Современный оккультист, по-видимому, интерпретировал бы образ храма, не имеющего ни начала, ни конца, как истинное и вечное "я" человека, символом которого выступает женское тело, содержащее в себе таинственные воды жизни, божественную искру. "Узкое отверстие" напоминает 14-й стих 7-й главы Евангелия от Матфея: тесны врата и узок путь, ведущие к жизни". А змей, стерегущий вход, - это животная природа человека, которая преграждает путь к духовному развитию, но, будучи преодолена и преображена, становится необходимой ступенью на пути к божеству. Проникновение в "узкое отверстие" - это мистическое совокупление, союз противоположностей, который предшествует перерождению адепта. Алхимия развивалась в тех же странах и в то же время, что и Каббала. От сочинений Зосимы до наших дней дошли только фрагменты, однако в древнем комментарии на его труды - "Священном искусстве" Олимпиодора - говорится, что Зосима проповедовал единение с Богом, которое также является высшей целью каббалистов. Для этого, по мнению Зосимы, необходимо смирить страсти и телесные желания, - чего каббалисты старались добиться своими упражнениями. Зосима утверждал, что алхимик должен вызвать из глубин своего существа божественное начало; в каббалистике этому принципу соответствует учение о человеке как о скрытом Боге. В поздней алхимии Великое Делание часто изображали в виде древа, подобного каббалистическому Древу Жизни. Ствол и ветви алхимического древа символизировали последовательные этапы Делания, точно так же как сефирот олицетворяли перекладины лестницы, ведущей на небеса. Философский Камень - это идеальное золото, платоновская "идея" золота, заключенная во всяком веществе и преображающая его в соответствии со своей "золотой" природой. Поскольку в древности неблагородные металлы "превращали" в золото, изменяя их окраску, то Философский Камень часто называли "Тинктурой *". Зосима писал: "...наше золото, обладающее должным качеством, может порождать золото и окрашивать.
Последний раз редактировалось Николя 29 сен 2017, 20:37, всего редактировалось 2 раза.
Нам не дано познать Сущности Зиждителя, но мы можем петь Его Божественность. (Саади)

#1
Аватара пользователя
Николя
постоянный участник
Сообщения: 243
Зарегистрирован: 07 мар 2015, 00:05
Откуда: Оренбург

Re: Алхимия

Сообщение Николя » 29 сен 2017, 20:32

2. ВЕЛИКОЕ ДЕЛАНИЕ

С Земли я за черту небесных тел Вознесся и на трон Сатурна сел; Распутал много я узлов в пути, Лишь твоего не мог, людской удел. Ах, дверь была закрыта на замок, И сквозь завесу видеть я не мог. Послышалась мне речь про "я" и "ты", Но через миг настал молчанью срок.

Э. Фицджеральд. "Рубайам" Омара Хайаяма Пер. О. Румера

Перед начинающим алхимиком стояла одна серьезная трудность: он не представлял себе, с какого исходного сырья начать свою работу. Многие мастера алхимического искусства сообщали лишь, что "субъект" Делания, т. е. материал, с которым следует работать, встречается повсеместно и обычно считается бесполезным. Некоторые адепты считали, что "субъект" Делания это сам аппарат, в котором совершается алхимический процесс, т. е. "философское яйцо" - яйцеобразный сосуд, из которого, как цыпленок, должен будет вылупиться Философский Камень. Кое-кто добавлял весьма ценное указание: Великое Делание следует начинать со слюны Луны или с семени звезд. Другие рекомендовали взять купорос, но под купоросом они разумели нечто совсем иное. С помощью гематрии латинское название купороса "viriol" разворачивали во фразу "Visita Inferiora Tеrrае Rectificando Invenies Occuitum Lapidem" ("Посети недра земли, и, очистившись, ты найдешь сокровенный камень").
Алхимик, не понимавший подобных инструкций, был вынужден действовать методом проб и ошибок. Он мог начать с какого-либо неблагородного металла или сплава; но пробовали также брать и множество других материалов. Английский адепт XV века Томас Нортон из Бристоля в своем трактате "Правила алхимии" насмехается над дилетантами, безуспешно экспериментировавшими с травами и кореньями, разнообразными смолами, вербеной, мандрагорой, мышьяком, сурьмой, медом, воском, вином, волосами, яйцами, навозом, мочой и купоросом. Великое Делание следует начинать с самого золота (или, по крайней мере, нужно добавлять золото на каком-то из этапов процесса), ибо сказано, что без золота не сотворишь золота. С духовной точки зрения не вызывает сомнений, что "субъектом" Великого Делания является сам алхимик. "Ars totum requirit hominem", "Искусство требует всего человека". АЛХИМИК - одновременно и сосуд Делания, и материал, заключенный в этом сосуде. Применительно к человеку "бесполезное вещество, встречающееся повсеместно", - это человеческое тело и тесно связанная с ним животная природа человека. В материи, из которой состоит человек, сокрыт дух - искра Божия, слюна Луны, звездное семя, или "звездная слизь", время от времени изливающаяся с небес, или тот же купорос, обретаемый алхимиком в глубинах собственного существа. Без золота не сотворишь золота, ибо человек не может отыскать истину, если идет по ложному пути, и не может обрести Бога, если Бог не заключен в нем самом. Обычным символом Великого Делания был дракон или змея, кусающая собственный хвост и украшенная греческим девизом "en to pan" ("все суть единое"). В этом девизе - три слова и семь букв, а 7+3=10; десятка символизирует "все" и при сложении цифр сокращается до единицы "единого". Философский Камень - это Единое, оно же - Все. В человеческих категориях это "весь человек", который, становясь Единым, отождествляется со Всем, со вселенной и с Богом. Великое Делание кругообразно, подобно году и природным циклам. Оно начинается со всего человека (с тела, души и духа) и заканчивается всем человеком, обретшим совершенство. Согласно Петрусу Бонусу, автору трактата "Новая бесценная жемчужина" (около 1330 года), философы древности знали, "что Бог станет человеком в Последний День этого искусства, когда труды будут завершены. Делании нет ничего сложного, и поразится своей былой слепоте. Некоторые алхимики позднего периода вовсе отказались от лабораторных работ и объявили их бесполезными; однако неофит по-прежнему должен был проходить нелегкий путь к осознанию истинного смысла Делания, сталкиваться с теми же трудностями, неудачами и заблуждениями и точно так же постепенно расти и набираться знаний. По существу, знание и являлось ключом к тайне Философского Камня. Как только алхимик понимал, что такое Камень, он тут же находил его и сам становился им. В алхимии, как и в других областях оккультизма, истина окутана покровами символов и парадоксов, потому что каждый искатель истины должен прийти к ней самостоятельно. Оккультные искусства - это именно искусства: их высшие тайны можно постичь, но научить им нельзя. Подобрав исходный материал, начинающий алхимик сталкивался с очередной трудностью: теперь ему предстояло понять, какие операции следует проделывать с этим материалом. И снова начинался долгий путь проб и ошибок. Эксперты редко сходились друг с другом во мнениях относительно того, какие процессы необходимы для получения Философского Камня и в каком порядке их следует проводить. Древние авторитеты обычно утверждали, что Великое Делание состоит из четырех основных стадий и что отличительными характеристиками этих стадий являются четыре цвета, которые последовательно принимает материал в алхимическом сосуде, - черный, белый, желтый и красный. Эта последовательность цветов фигурирует уже в древнейшем из известных нам алхимических трактатов - в книге "Physika kai Mystika" ("Физика и мистика"), написанной египтянином Болом из Мендеса около 200 года до н. э. По-видимому, эти четыре стадии соотносятся с четырьмя первоэлементами и с нумерологическим значением числа 4, управляющего формой и структурой всех вещей и в том числе золота. К концу Средневековья количество основных стадий и цветов сократилось до трех черный, белый и красный. В этом отразилась символика троицы "ртуть - сера - соль" и тройки вообще как числа творения (в том числе творения золота). Но это были лишь основные этапы, а подробности Великого Делания каждый мастер понимал по-своему. Некоторые алхимики утверждали, что Делание включает семь процессов, другие - двенадцать. Семь алхимических процессов соотносятся с семью днями Творения, а также с семью планетами, ибо считалось" что влияние каждой планеты порождает в недрах земли соответствующий ей металл. Металлы различаются по степени совершенства; иерархия их восходит от свинца - наименее благородного из металлов - к золоту. Начав работу с исходного материала, пребывающего в несовершенном "свинцовом" состоянии, алхимик постепенно совершенствовал его и в конце концов превращал в чистое золото. Этапы его работы соответствовали восхождению души через планетные сферы. (Это - одна из причин, по которым Сатурн, управитель свинца, связан с арканом Таро Мир, символизирующей отправную точку пути каббалиста к Богу.) Двенадцать алхимических процессов соотносились со знаками Зодиака. Великое Делание являлось подражанием природным процессам, а двенадцать месяцев или зодиакальных знаков составляют полный годовой цикл, в течение которого Природа переходит от рождения и роста к распаду, смерти и новому рождению. Английский алхимик Джордж Рипли в своем "Компендиуме алхимии", написанном в 1470 году, перечисляет все двенадцать процессов; почти ничем не отличающийся список приводит в 1576 году другой адепт алхимического искусства, Иосиф Кверцетав. Процессы эти таковы: кальцинация ("прокаливание"), солюция ("растворение"), сепарация ("разделение"), конъюнкция ("соединение"), путрефакция ("гниение"), коагуляция ("закрепление"), цибация ("вскармливание"), сублимация ("возгонка"), ферментация ("сбраживание"), экзальтация ("возбуждение"), мультипликация ("умножение") и проекция ("бросание"*). Всякая интерпретация этих процессов как в химическом, так и в психологическом плане неизбежно будет произвольной. Но известно, что целью начальных этапов (вплоть до путрефакции) являлось очищение исходного материала, избавление его от всяких качественных характеристик, превращение его в Первоматерию и высвобождение заключенной в нем искры жизни. Кальцинация - это прокаливание на открытом воздухе неблагородного металла или другого исходного вещества. В результате этого процесса материал должен был превратиться в пудру или пепел. Рипли указывает, что кальцинацию следует проводить на умеренном огне в течение года; здесь нельзя не вспомнить слова арабского алхимика-энтузиаста, жившего несколько раньше: "Кальцинация -истинное сокровище* Да не прискучит тебе кальцинация!" Считалось, что кальцинация, разрушая внешнюю форму неблагородного металла, освобождает его от всех явных свойств. В духовном плане кальцинация, по-видимому, символизирует очистительное пламя целеустремленности и самодисциплины, еще одним символом которого является аркан Таро Суд. Великое Делание начинается со жгучего недовольства собой и своей жизнью, со страстной мечты о высшем. Это процесс самонаблюдения и самооценки, в ходе которого алхимик постоянно проверяет себя и убеждается в своем желании достичь цели. В сочетании с непоколебимой решительностью сделать ради этого все возможное, такой процесс самооценки постепенно приводит к распаду природного "я". Все внешние, поверхностные свойства личности сгорают дотла, и остается лишь тончайшая "пудра" внутренней сущности человека. Второй этап, cолюция, представлял собой растворение прокаленной пудры в "минеральной воде, не смачивающей руки". Под "минеральной водой" здесь понимается ртуть. Иногда на этом этапе добавляли в сосуд обычную ртуть, но чаще поступали иным образом. Пары, вышедшие из исходного вещества за время кальцинации и считавшиеся философской ртутью ("духом" вещества), конденсировали в ртутную жидкость и в этой жидкости растворяли прокаленную пудру. Многие алхимики жаловались на особую сложность этого процесса. Перевод исходного материала в жидкое состояние обычно считался решающим шагом на первых стадиях Делания, предопределяющим успех всей дальнейшей работы. "Не совершай никаких операций до тех пор, пока не получишь воду". Широко было распространено убеждение в том, что все вещи произошли из воды; такие авторитетные философы, как Платон и Аристотель, полагали, что вода, застывая в недрах земли, порождает металлы. В диалоге "Тимей" Платон классифицирует как воду все вещества, способные находиться в состоянии текучей жидкости, в том числе и металлы, которые делаются текучими при нагревании. Золото - это вода "плавкой разновидности", а медь - это "блестящая и твердая разновидность воды". Аристотель утверждал, что земля, нагретая лучами солнца, выделяет испарения двух разновидностей: одно парообразное и влажное, другое -дымообразное и сухое. Заключенные в недрах земли, эти испарения превращаются металлы и минералы. Металлы происходят "создает парообразное испарение, заключенное это "испарение, застывшее прежде, чем оно стало Поскольку металлы, по алхимической теории, - это сгущенная вода, то для того, чтобы превратить металл в воду, нужно вернуть его в состояние Первоматерии и очистить от дефектов, которые он приобрел во время своего "роста" в недрах земли. Этот процесс похож на старания психоаналитика вернуть своего пациента в раннее детство или даже в материнскую утробу (еще один алхимический символ!), чтобы тем самым разрешить первопричины его психологических недостатков. Солюция, приблизительно соответствующая аркану Таро Луна, - это процесс глубокого самоанализа и состояние столь же глубокого отвращения к себе. Прокаленная пудра, символизирующая более устойчивые внутренние характеристики человека, растворяется в ртутной жидкости. Глубинные установки, предрассудки, пристрастия алхимика, вся структура его эмоций и реакций растворяется под действием "ртути" - проницательного взора, устремленного в глубины его души. Самая трудная задача этого процесса состояла в том, чтобы найти истинную философскую ртуть, обрести истинную проницательность. Солюция была чревата многочисленными опасностями: алхимик мог поддаться страху, отчаянию, иллюзиям и самообманам. "Воды солюции горьки", говорили алхимики, а К. Г. Юнг, проводя параллель между алхимией и психоанализом, писал: "И вправду горько открывать, что за твоими возвышенными идеалами кроются узкие, фанатичные - и тем более дорогие тебе - предубеждения, а за претензиями на героизм таится не что иное, как грубый эгоизм, инфантильная жадность и самодовольство. Эта болезненная стадия коррекции - неизбежный этап всякого терапевтического процесса"*. Испытание горькими водами ведет к следующей стадии - сепарации. Согласно Рипли, сепарация - это разделение "субъекта" Великого Делания на масло и воду. Совершает сепарацию не алхимик, а сам Господь Бог; это означает, по-видимому, что алхимик просто оставлял растворенный материал в сосуде, пока тот не претерпит упомянутое разделение. Целью этого процесса являлось разложение алхимического сырья на исходные компоненты - либо на четыре первоэлемента, либо, согласно раннесредневековой теории, на ртуть и серу. Ртуть и сера вместе взятые сочетали в себе четыре базовых качества, на которых, в свою очередь, основывались четыре первоэлемента. Сера, соответствовавшая аристотелевским дымообразным испарениям, была горячей и сухой, а ртуть как парообразные испарения - холодной и влажной. Горючая сера заключала в себе элемент Огня (горячего и сухого), а жидкая ртуть элемент Воды (холодной и влажной). Отсюда происходит утверждение о том, что Философский Камень состоит из огня и воды. В поздней алхимии сепарация означала расщепление сырья на ртуть, серу и соль, или на дух, душу и тело. Независимо от того, сколько компонентов должно было получиться в результате сепарации -два, три или четыре, - целью ее являлось дальнейшее очищение материала и приближение еще на один шаг к Первоматерии путем возврата к базовым элементам. Прежде чем приступить к Великому Деланию, алхимик ощущал себя цельной личностью; и завершиться Делание также должно было совершенной целостностью Философского Камня. Однако в процессе работы он исследовал первопричины своего поведения и тем самым разрушал чувство своей цельности; при этом ему могло казаться, будто его разрубают на части или разрывают на клочки: Т. Э. Лоуренс в "Семи столпах мудрости" описывает это состояние. Оно наступало как следствие презрения к себе в сочетании с физическим истощением; кроме того, Лоуренс также стал объектом садистического сексуального "воспитания" (аркан Таро Башня). В какой-то момент он почувствовал, что "распадается на части". Тело его (которое алхимик назвал бы солью) продолжало ехать по своим делам верхом на верблюде. Другая часть его "я" (ртуть), "паря в высоте, немного правее, наклонилась и с любопытством осведомилась, чем занята плоть". А третья часть (сера) "беседовала со второй и удивлялась, осуждая труды, на которые обрекло себя тело, и презирая самую цель этих трудов". Две отделившиеся от тела части пустились в дискуссию о том, насколько разумно или глупо то, чем занимается тело. По-видимому, Лоуренс испытал состояние внутреннего конфликта между заключенными в нем противоположными началами. Это состояние он назвал "смертным сном": его спутнику-арабу пришлось ударить его, чтобы пробудить. И действительно, в некоторых отчетах об алхимической работе непосредственно после сепарации наступает стадия "малой смерти". Рипли и многие другие алхимики, однако, полагали, что за сепарацией следует конъюнкция, т. е. достижение равновесия и примирения между враждующими противоположностями. Сера и ртуть воссоединяются. Этот этап обычно представляли в образе брака или соития и нередко - в виде инцеста между матерью и сыном или братом и сестрой, ибо сера и ртуть происходят от одного и того же исходного алхимического сырья. Сера - душа, или чувственное начало, - вступает в кровосмесительную связь со ртутью духом, или бесстрастным разумом. Еще одним символом этой попытки алхимика положить конец невыносимой сепарации, обрести внутреннее равновесие и примириться с самим собой являлся возврат в материнскую утробу.
Сын царя или дракона - материал Великого Делания - возвращается в чрево матери, спасаясь от страданий. Страдания причиняет ему не только исполненный суеты внешний мир, но и то духовное состояние, в котором находится он сам. Теперь алхимик очистился от тех своих свойств и убеждений, которые были "дефектами развития". Противоположные начала, являвшиеся основными компонентами его природы, претерпели разделение, были приведены в равновесие и снова совмещены. Теперь он стал ребенком, заключенным в материнском чреве, обретя свое изначальное "я". Конъюнкцию можно рассматривать так же, как воссоединение четырех первоэлементов (либо же ртути, серы и соли). Она требовала непрерывного нагревания материала на умеренном огне, что для алхимика в те давние времена было непростой задачей. Ведь он не мог точно измерять температуру в печи, и поддерживать равномерный огонь было сложно. Но преодолев это очередное затруднение, алхимик получал материал в его изначальной форме, очищенным от несовершенств, возникших в результате ошибок природы. Теперь "субъект" Великого Делания представлял собой Первоматерию в сочетании с одушевляющей ее искрой жизни. На следующем этапе предстояло "убить" материал и высвободить эту жизненную искру, что достигалось погружением сырья во влажную и горячую среду (например, нагреванием алхимического сосуда на водяной бане или помещением его в бродящий навоз). Лежащий на дне сосуда материал должен был постепенно чернеть, что служило признаком его возвращения на уровень Первоматерии - безжизненной и бескачественной массы, лишенной всех характеристик и в том числе цвета (черный цвет воспринимался как отсутствие цвета). Считалось, что материал при этом гниет, а потому данный процесс назывался путрефакцией - "гниением". Поскольку гниющее сырье выделяло испарения (жизненную искру, дух, философскую ртуть), алхимики отмечали, что путрефакция сопровождается "кладбищенским зловонием". Это была первая из основных стадий Великого Делания - так называемое нигредо, или почернение. Ее именовали "Черной Вороной", "Головой Вороны", "Головой Ворона" и "Черным Солнцем", а символами ее служили гниющий труп, черная птица, черный человек, царь, убиваемый воинами, и мертвый царь, пожираемый волком. К моменту завершения стадии нигредо каждый адепт продвигался различными путями. Один простой метод заключался в нагревании меди с серой: в результате получалась черная масса сульфида меди "Первоматерия". Черная и зловонная гниющая Первоматерия заключала в себе потенциал великолепного Философского Камня, и многие алхимики обозначали этап нигредо словами из Песни Песней Соломона: "Дщери Иерусалимские! черна я, но красива". Путрефакция была обязательной стадией Великого Делания, ибо гниение считалось непременной предпосылкой жизни. Полагали, что зерно, упавшее в землю, умирает и сгнивает, благодаря чему высвобождается искра жизни и появляется новое .растение (этот процесс отражен в аркане Таро Смерть). В античную эпоху и в средние века верили, что лягушки зарождаются в гниющей грязи, пчелы и другие насекомые - в разлагающихся трупах животных, осы - в трупах ослов, жуки - в трупах лошадей, саранча - в трупах мулов. В более широком смысле смерть - необходимое условие возрождения, как реального, так и символического. В связи с этой идеей алхимики цитировали святого Павла: "Безрассудный! то, что ты сеешь, не оживет, если не умрет", - и далее: "Так и при воскресении мертвых: сеется в тлении, восстает в нетлении; сеется в уничижении, восстает в славе; сеется в немощи, восстает в силе; сеется тело душевное, восстает тело духовное". Кроме того, они могли ссылаться на авторитет самого Христа: "...если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода. Любящий душу свою погубит ее, а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную"*. Нигредо - это "малая смерть" посвящения в мистерии. Идея эта, по-видимому, зародилась еще в доисторические времена. У австралийских аборигенов, например, колдун в ходе инициации должен испытать во сне смерть и возрождение. Алхимик на стадии нигредо находится "в материнской утробе" и полностью замкнут на себе. Он претерпевает мистическую "смерть", которую адепты отождествляли с меланхолией - состоянием беспомощности и отверженности, духовного гниения, в ходе которого искра жизни покидает тело и душу (аркан Таро Повешенный). Изначальное "я", или Первоматерия, гибнет в черной агонии нигредо. Часто проводили параллель между нигредо и Распятием, после которого Богочеловек воскрес для жизни вечной. "Смерть" алхимика - это распятие в смысле состояния "подвешенности" среди страданий. Символом ее служила пригвожденная к кресту змея ("...и как Моисей вознес змию в пустыне, так должно вознесену быть Сыну Человеческому"*). Итак, алхимик "умирает", сгнивая в меланхолической слизи. Но постепенно начинается процесс целительного просветления: на него снисходит "философская ртуть" - истинное вдохновение, искра Божия. Испарения, выделившиеся во время путрефакции. витают над черным материалом в сосуде, как Дух Божий витал над темными водами в начале Книги Бытие. Проникая в Первоматерию, они одушевляют ее и создают эмбрион, из которого должен будет вырасти Философский Камень. Этот процесс описывали как алхимическую мессу. Текст мессы написал Николае Мельхиор - астролог венгерского короля, живший в начале XVI века; однако параллель между Великим Деланием и пресуществлением хлеба и вина в плоть и кровь Христову во время католической мессы проводил не только он, но и многие другие алхимики. Мельхиор писал: "Затем появится на дне сосуда могучий Эфиоп - черный, обожженный, лишенный цвета, совершенно мертвый и безжизненный". "Эфиоп" это черная Первоматерия. "Его следует похоронить, смочить его же собственной влагой и медленно прокаливать до тех пор, пока он не восстанет в сияющем облике из лютого пламени. ...Созерцай чудесное возрождение, обновление Эфиопа! **". Само собой, при нагревании сосуда испарения (дух) конденсировались в жидкость, которая насыщала Первоматерию. Это была алхимическая "купель возрождения"; алхимики называли этот процесс рождением "от воды и духа" ("...если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия... если кто не родился от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие"***). Когда дух воссоединялся с Первоматерией, из водянистого материала в сосуде кристаллизовалось белое твердое вещество. Это был процесс коагуляции, или "сгущения", соответствующий появлению суши среди вод на третий день Творения. Рипли говорил, что на данном этапе соединялись друг с другом элементы, образующие Камень. Полученное белое вещество представляло собой Белый Камень, или Белую Тинктуру, способную обратить любой материал в серебро. Образование Белого Камня являлось второй основной стадией Великого Делания - стадией альбедо, или побеления; алхимики соотносили это вещество с белым камнем из Книги Откровения Иоанна (2:17): "...побеждающему дам вкушать сокровенную манну, и дам ему белый камень и на камне написанное новое имя, которого никто не знает, кроме того, кто получает". Вопреки постоянно повторяемому правилу "nihil extraneum", "ничего извне", некоторые алхимики ради получения Белого Камня не останавливались перед добавлением новых ингредиентов на данном этапе. В сосуд могли помещать немного серебра со ртутью, мышьяком, сурьмой или оловом, благодаря чему поверхность материала в сосуде белела. Другой метод приводится в средневековом трактате "А11еgoria Меrlini" ("Аллегория Мерлина"), где Великое Делание описывается в аллегорической форме повести о некоем короле (исходный материал Делания), который выпил так много воды, что члены его переполнились жидкостью (солюция), и почувствовал, будто распадается на части (сепарация). Врачи велели королю находиться в жарко отапливаемых покоях, но, посетив его еще раз, обнаружили, что он умер(нигредо). Тогда врачи взяли тело короля, измельчили его в порошок, промыли и высушили. К этому порошку они добавили одну часть каменной соли и две части селитры и растерли его с небольшим количеством льняного масла, чтобы получилась паста. Пасту они поместили в тигель с отверстиями, а под ним поставили другой тигель. Затем, разведя огонь, они подогрели и растопили пасту, так что жидкость вытекла в нижний тигель. Король воскрес и восстал из этого тигля исцеленным * .Белый Камень - это новое "я", новорожденная суша, явившаяся из вод, символ мира, невинности, счастья и свободы от противоречий. Серебро - металл Луны; Белый Камень сияет в глубине существа алхимика, подобно луне на ночном небосводе, обращая всю тьму в серебро. С этого момента начинается третья и последняя основная стадия Великого Делания, ведущая к рубедо - красной заре, возвещающей восход солнца во всем его великолепии и ослепительный свет нового дня. Получив Белый Камень, алхимик переходит к этапу цибации ("вскармливания"): материал в сосуде "умеренно питают молоком и мясом". Взращивание эмбриона Камня уподобляется вскармливанию младенца; не исключено, что на данном этапе все-таки полагалось добавлять в сосуд новые вещества, хотя утверждать с уверенностью это невозможно. Герхард Дорн, ученик Парацельса, советовал на поздних этапах Делания вносить различные добавки, в том числе человеческую кровь, чистотел и мед. Кровь должна была насытить Камень жизненной силой. Чистотел наделял его весельем м хорошим настроением, ибо считалось, что это растение исцеляет от куриной слепоты, а по аналогии - и от меланхолии, от "потемок" угрюмости. Мед символизировал радости жизни, а также служил консервантом. Вплоть до относительно недавнего времени это было единственное вещество, использовавшееся как источник сладости. А в древние времена мед использовали дня бальзамирования тел покойников, ибо он препятствовал гниению. Дорн утверждает, что медсладость бытия - может при некоторых обстоятельствах превратиться в смертельный яд, но чистотел, дарующий ясное зрение, по-видимому, служил в этом случае противоядием. Химические и психологические аспекты завершающих процессов Великого Делаиия, от сублимации до проекции, легче рассматривать по отдельности. В ходе этих процессов алхимик постепенно снабжал "растущий" Камень качествами, которыми тот должен будет обладать в итоге Делания, абсолютной чистотой и стабильностью, способностью превращать неблагородные металлы в золото, а также способностью многократно умножать вес неблагородных металлов. Стадия сублимации представляла собой очищение. Твердое вещество в сосуде нагревали до тех пор, пока оно не испарялось; испарения быстро охлаждали и снова конденсировали до твердого состояния. Этот процесс повторялся несколько раз, и символами его, как правило, служили голуби, лебеди и прочие птицы, имеющие обыкновение то взлетать к небесам, то снова садиться. Целью сублимации было избавление тела Камня от грязи, в которой тот рождался при путрефакции. С этой целью материал превращали в испарения (дух), осадок выбрасывали, а "дух" снова трансформировали в тело. Солидификация паров как этап роста Философского Камня напоминает об аристотелевских испарениях, сгущающихся в недрах земли и превращающихся в металлы и минералы. В ходе следующего этапа - ферментации - материал в сосуде приобретает желтый цвет и становится золотом. Многие алхимики утверждали, что на данной стадии следует добавить в сосуд обычное золото, чтобы ускорить естественное развитие Философского Камня до состояния золота. Не будучи еще полностью совершенным, Камень все же приобретал теперь способность трансмутировать неблагородные металлы. Он становился ферментом, закваской, способной пропитывать и активизировать неблагородный металл и подстегивать его развитие, - точь-в-точь как дрожжи пропитывают тесто и заставляют его всходить. Это качество характеризует душу Философского Камня, огненный, активный компонент, который возбуждает и оживляет неблагородный металл. Таким образом, в процессе ферментации душа Камня соединяется с уже очищенным телом. Петрус Бонус поясняет, что Камень не может изменять и окрашивать другие металлы до тех пор, пока сам он не изменится и не окрасится, "и таким образом наш Камень посредством некоего пищеварительного тепла, проявляющего его потенциальные и скрытые свойства, делается способным ферментировать, видоизменять и преображать металлы, ...как только мастер увидит, что поднимается белая душа, он должен в то же мгновение присоединить ее к телу *". На стадии экзальтации происходит последняя перемена цвета материала - рубедо, или покраснение. Судя по всему, алхимики обнаружили, что на последних этапах Делания материал в сосуде становится крайне нестабильным. Однако экзальтация должна привести все компоненты Камня в единство и гармонию, не подверженную более никаким изменениям. Душа и тело, объединенные в процессе ферментации, теперь соединялись с духом, и Камень становился стойким и стабильным. Жар в печи доводили до максимально возможной температуры, и взору взволнованного алхимика предстает то чудесное зрелище, ради которого он столько трудился в поте лица, - рождение Философского Камня, совершенного красного золота, Красной Тинктуры, или Красного Эликсира, Единого...
На пятый день Творения, создав всех живых существ, кроме человека. Бог велел им "плодиться и размножаться", а позднее повторил это повеление, обращаясь к Адаму и Еве. Таким образом, новорожденному Камню недостает теперь только одного качества, которое, впрочем, уже присутствует внутри его в латентной форме, а именно - способности плодиться и размножаться, во много раз увеличивая массу неблагородных металлов. Этим качеством Камень наделялся в процессе мультипликации ("умножения") или аугментации ("приращения"). Плодовитым и плодотворным Камень становился благодаря еще одному "соитию", еще одному соединению противоположностей - королевской свадьбе души и духа, серы и ртути, короля и королевы, Солнца и Луны, красного мужчины и белой женщины, т. е. символов всех противоположностей, примиряющихся в Едином. Двенадцатый и последний этап Великого Делания, проекция, заключался в том, что Камнем воздействовали на неблагородный металл, чтобы превратить последний в золото. Обычно Камень заворачивали в воск или бумагу, помещали в тигель вместе с неблагородным металлом и нагревали. Эти последние стадии алхимического труда представляли собой несколько процедур уравновешивания и объединения компонентов Камня или присущих ему противоположностей. Разумеется, алхимики стремились к тому, чтобы привести эти противоположности в точное равновесие и примирить их между собой. "Книга Меркурия", написанная знаменитым арабским алхимиком Гебером или одним из его последователей, поясняет, что в некоторых случаях противоположности неразделимо смешивались друг с другом и уравновесить их было невозможно: "И не найти больше ни духа, в котором не содержалась бы малая частица тела, ни тела, в котором не содержалась бы малая частица духа. В случаях, когда одного слишком много, а другого - слишком мало, эти два элемента разделить невозможно, так как происходит трансформация и преобладающая по количеству часть поглощает часть, присутствующую в малом количестве"*. Применительно к человеку это означает, что и те люди, в которых духовное начало переразвито за счет физического, и те, которые переразвиты физически в ущерб духовному развитию, далеки от совершенства. Цельный человек - это человек, в котором противоположные начала уравновешены. В психоанализе, по словам Юнга, проблема противоположностей заключается в "диссоциации личности, вызванной конфликтом несовместимых тенденций, который, как правило, возникает из-за дисгармоничного характера. Подавление одной из противоположностей затягивает и расширяет конфликт или, иными словами, ведет к неврозу. Терапевт в такой ситуации должен сталкивать друг с другом эти противоположности и стремиться к их устойчивому объединению"**. Такой же устойчивый союз противоположностей является целью магии и алхимии, но алхимический процесс более сложен. Философский Камень состоит из трех компонентов - тела, души и духа, - объединение которых происходит последовательно, в четыре этапа:
1. сублимация объединяет тело и дух; 2. ферментация объединяет духовное тело с душой; 3. экзальтация объединяет тело, душу и дух; 4. мультипликация объединяет душу и дух.
Эта система последовательных процедур объединения связана со стремлением алхимиков примирить между собой символизм чисел 4, 3 и 2 и привести все эти числа к единице. Загадка Сфинкса звучала следующим образом: "Кто ходит утром на четырех ногах, днем - на двух, а вечером - на трех?" Эдип ответил на это: "Человек". Но другой возможный ответ "алхимия", ибо алхимия началась с представления о том, что все вещи состоят из четырех первоэлементов (Огонь, Воздух, Вода и Земля), развивалась на основе теории о том, что все в мире слагается из двух компонентов (ртуть и сера), и, наконец, приняла в качестве основного принципа предположение о трех компонентах всех вещей (ртуть, сера и соль). Принимая новую теорию, алхимики не отказывались от старой, и эти противоречащие друг другу убеждения продолжали существовать бок о бок. С точки зрения алхимика, загадку Сфинкса следовало бы сформулировать так: "Как превратить четверку в двойку, а затем в тройку, если все это суть единица?" Четверка превращается в двойку потому, что четыре базовых качества четырех первоэлементов разбиваются на две противоположные группы, символизируемые серой (горячей и сухой) и ртутью (холодной и влажной). Но сказать, что все в мире сотворено из двойки, недостаточно, ибо двойка - число зла, вражды и непримиренных противоположностей. Все вещи должны состоять из тройки, ибо тройка примиряет противоположности в гармоничном единстве; однако при этом тройка должна содержать в себе первоначальную четверку. В алхимии тройка заключает в себе четверку потому, что ртуть имеет двойственную природу. В троице "ртуть - сера - соль" в скрытом виде содержится четверица. Ртуть можно рассматривать, по желанию, и как единую субстанцию, и как двойственную:
Сера Душа Мужское начало Огонь Ртуть Дух Мужское и женское начала Воздух и Вода Соль Тело Женское начало Земля
Процитированный выше ответ Михеля Майера на алхимическую загадку Сфинкса звучал так: "Из мужчины и женщины сотвори круг, затем квадрат, затем треугольник и, наконец, снова круг, и ты получишь Философский Камень". В процессе сублимации алхимик берет "мужчину и женщину" - ртуть (дух) в качестве мужчины и соль (тело) в качестве женщины - и соединяет их друг с другом, т. е. замыкает их в круг. В процессе ферментации он добавляет серу (душу), чтобы получить четверку, или квадрат: соль (1) + ртуть (2) + сера (1). В процессе экзальтации эти четыре элемента считаются тремя, т. е. треугольником; они объединяются вместе, и в результате снова образуется круг - Философский Камень, или единица. Сходным образом манипулируют с числами от 1 до 4 современные оккультисты, чтобы получить закон, согласно которому любой процесс и любая деятельность являются по своей природе троичными и в то же время четверичными. Единица - это активное начало, или сила, начинающая всякий процесс. Двойка - это пассивный элемент, служащий точкой опоры или основанием для единицы. Тройка - это сочетание единицы и двойки, результат действия. Но три элемента, взятые все вместе, представляют собой новый элемент - четверку; четверка же становится активным началом - "единицей" - нового процесса. Таково современное истолкование "слов Марии Пророчицы", которые долгое время передавались алхимиками из поколения в поколение: "Единое становится Двумя, Два становятся Тремя, а из Трех является Единое как Четвертое". Тетраграмматон, считавшийся истинным именем Бога, а следовательно, сущностью всех вещей, заключает в себе такого же рода оккультную или алхимическую формулу. С одной стороны, в нем четыре буквы, а с другой всего три, ибо одна буква повторяется дважды: YНYН, йод хе вау хе. Эти четыре буквы служили символами четырех первоэлементов, содержащих в себе две пары противоположностей: горячий - холодный и влажный - сухой...
Йод Огонь Горячий и сухой Мужской Воля Хе Вода Холодная и влажная Женская Понимание Bay Воздух Горячий и влажный Мужской Ум Хе Земля Холодная и сухая Женская Тело
Йод (1) - это Отец, активное начало Бога и вселенной. Хе (2) - это Мать, пассивное начало. От их союза рождается Сын, Вау (3), который соответствует Воздуху (продукту сочетания Огня и Воды) и уму (продукту сочетания воли и понимания). И, наконец, от того же союза рождается Дочь, Хе (4), соответствующая Земле и телу, сгущению или материализации первых трех элементов. Вторая Хе - это сестра-близнец и невеста Вау, подобная Еве. Ева была сотворена из тела Адама тем же Отцом, который создал и самого Адама, и стала супругой Адама (кроме того, сотворение Евы из тела Адама аналогично эманации Божественной Мысли, которую излучает из себя Бог). Вау (ум) - это принц, сын короля, который спасает заколдованную принцессу - вторую Хе (тело) - и берет ее в жены. В результате этого вторая Хе восседает на трон своей матери, первой Хе (понимание) и своими юными объятиями пробуждает к жизни Йод (волю), Всеотца, благодаря чему начинается новый цикл процесса. Эти причудливые семейные отношения символизируют весь ход вещей во вселенной *. Таким образом, ход вещей во вселенной цикличен (змея, кусающая собственный хвост), а Великое Делание - это замкнутый круг. В Тетраграмматоне - четыре буквы, представляющие собой две пары противоположностей, и они же - три буквы; а все имя замыкается в круг, образуя единицу - сущность Бога, ибо Он Един. Эта система резко противостоит более традиционным воззрениям, состоящим в том, что для достижения совершенства необходимо сбросить с себя телесную оболочку, избавиться от животной природы и разорвать связи с земным, бренным миром. Согласно же этой системе тело, соединяясь с разумом, порождает понимание; этот союз завершает один цикл и становится началом цикла нового. Оккультист, по словам Дион Форчун, "не пытается бежать от материи к духу, оставляя в тылу незавоеванное царство, чтобы как можно скорее перейти в наступление". В алхимии процессы сублимации, ферментации и экзальтации соответствуют союзу тела и ума и восхождению их на трон понимания. При сублимации тело испаряется и становится духом, а дух, в свою очередь, конденсируется в тело; в результате дух и тело сливаются воедино и образуется духовное тело. "Изначальную грязь", изгоняемую из тела, иногда называли "внешней серой". Некоторые алхимики полагали, что каждая вещь содержит две серы внутреннюю и внешнюю. Внешняя сера - это зловонный, нечистый шлак, от которого необходимо избавиться, но чистая внутренняя сера - ценный компонент, и без нее Философского Камня не создать. Для алхимиков-христиан внешняя сера, по-видимому, означала любовь к себе, а внутренняя - любовь к Богу. Но некоторые алхимики, а также современные каббалисты понимают это противопоставление двух сер несколько иначе. Сера вообще символизирует желания, чувства и побуждения. Внутренняя сера означает глубинные побуждения, столь популярную у гегельянцев и современных оккультистов "истинную волю"; внешняя сера - поверхностные желания и интересы. Удаление внешней серы при сублимации одухотворяет тело, освобождая его от поверхностных, суетных побуждений и забот. Теперь алхимик становится объектом свободной игры своих внутренних движущих сил. При ферментации духовное тело объединяется с душой. Огненный принцип внутренней серы душа, или истинная воля, - воздействует на духовное тело как фермент, или закваска, видоизменяя и окрашивая личность и преображая ее в "золото". В процессе ферментации алхимик упоенно отдается своему внутреннему "я"; его охватывает эмоциональное возбуждение, перерастающее в экстаз (аркан Таро Сила). Современные оккультисты называют эту закваску "жизнью виноградного сока" и "явлением Вакха". Кроули славит Вакха как муже - женщину и богочеловека: "."опьяненный сладостью божественного винограда, более не ведаешь ты ни бремени тела, ни томления духа". Обычное "я" мага - это "толпа одичавших, истеричных женщин, обуреваемых непонятными и непризнанными животными инстинктами; они раздирают в клочья Пенфея жалкого человеческого царя, тщетно пытающегося подавить их". Но Вакх, истинное "я", "способен преобразовать это бессвязное буйство в торжественную и гармоничную процессию, превратить завывание гиен в симфонию пэанов, а бессмысленную ярость - в контролируемый экстаз *". Вакх "дважды двойной" по своей природе: он - бог и животное, женщина и мужчина. Он - истинное "я", человеческий эквивалент Бога или Тетраграмматона, четыре буквы которого составляют две пары противоположностей; в процессе ферментации также объединялись четыре компонента, ибо ртуть здесь считалась двойной. Кроме того, некоторые алхимики утверждали, что ртуть и сера представляют собой не одну, а две пары противоположностей. На внешнем плане ртуть - это ртуть, но на внутреннем - сера; сера же на внешнем плане - сера, а на внутреннем - ртуть. Иными словами, в каждой вещи заключена и ее противоположность, и вещество, объединяющее серу и ртуть, объединяет две пары противоположностей, т. е. оказывается "дважды двойным". Вакхический экстаз ферментации ведет непосредственно к экзальтации, в ходе которой человек становится Философским Камнем. Алхимики утверждали, что на этом этапе материал в сосуде нестабилен, а следовательно, возбуждение ферментации очень часто угасало и прерывалось, не давая устойчивого результата. Чтобы достичь экзальтации, жар в печи необходимо было довести до очень высокой температуры, а восторг алхимика - до вышей точки "контролируемого экстаза". И только тогда Камень в сосуде начинал лучиться красным сиянием, а алхимик достигал экстатического единения с божеством. Тело, душа и дух сливались в идеальной и вечной гармонии цельного человека. Экзальтация соответствует аркану Таро Колесница; изображенный на этой карте колесничий разгадал загадку Сфинкса - четыре, три и два сделались единицей. Становясь Философским Камнем, или Единым, человек отождествляется со всей вселенной. Этот процесс - еще одна "малая смерть"; пройдя через нее, алхимик полностью постигает магический смысл цитированного выше изречения: "...если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода". Последние два процесса, мультипликация и проекция, необходимы из-за того, что Великое Делание по своей природе циклично. Сначала Бог был Единым; затем Он стал Двоицей - парой противоположностей; а затем, объединив эти противоположности, сделался Троицей и Творцом, благодаря чему возникла Четверица - материальный мир, символом которого считается число 4. Прервать работу с Философским Камнем на стадии единицы, т. е. сразу после экзальтации, означало бы пресечь нить жизни самой вселенной. Дух человека, достигший единения со всей вселенной, должен стать частью ее извечных жизненных процессов. На стадиях мультипликации и проекции вступает в силу понятие Любви - Любви как завершения и нового начала Великого Делания. "Любовь, - писал Элифас Леви, - это один из мифологических образов великой тайны и великой деятельной силы, ибо она одновременно служит выражением действия и страсти, пустоты и изобилия, копья и раны *". В ходе "королевской свадьбы" мультипликации Единое становится Двумя, а Двое воссоединяются (союз Йод и Хе в Тетраграмматоне и аркан Таро Влюбленные). Бракосочетание серы и ртути символизирует плодотворный союз всех противоположностей, содержащихся в Философском Камне. От союза Двух возникает плодоносная сила Третьего. На стадии проекции (аркан Таро Иерофант) Камень соединяется с неблагородным металлом. Философский Камень здесь - это алхимическая параллель Духа Божьего, простершегося над первозданными водами, одушевившего Первоматерию и творящего все явления и вещи мира. Именно с этого алхимик когда-то начинал свои труды. Так цикл Великого Делания замыкается. Для некоторых адептов эти последние этапы Делания ассоциировались с астральным телом, намек на которое они усматривали в разграничении, проведенном святым Павлом между "душевным" и "духовным" телами ("...сеется тело душевное, восстает тело духовное"). "В человеческом теле, - утверждал Герхард Дорн, - сокрыта некая метафизическая субстанция, известная лишь немногим; она не нуждается ни в каких лекарствах ибо сама по себе есть лекарство, не подверженное тлению"; и далее: "В вещах природных заключена некая истина, которую невозможно увидеть внешним оком, воспринять же можно только разумом. Философы знали ее уже давно; они обнаружили, что сила ее велика и способна творить чудеса... В этом-то и состоит все искусство освобождения духа от сковывающих его цепей... То, что теперь называют астральным телом или астральным светом (субстанцией, из которой состоит астральное тело), - не подверженную тлению "метафизическую субстанцию" Дорна, или "истину", воспринимаемую только разумом, - упоминают еще несколько оккультистов и алхимиков эпохи Возрождения. Агриппа Неттесгеймский в "Оккультной философии" пишет, что душа человека обретает пророческий дар, когда превосходит свои природные ограничения и высвобождается из телесных оков, разливаясь в пространстве, словно свет, освободившийся из клетки фонаря. Это состояние наступает в результате "постоянного устремления чистого тела к небесам" (аркан Таро Отшельник) устремления, которое в конце концов извлекает душу из тела и позволяет ей в одно мгновение охватить все пространство и время. Согласно Парацельсу, у человека три тела (соответствующие физическому телу, душе и духу): первое - "элементальное", или физическое; второе - "звездное", или астральное; и третье - "просветленное тело", или "искра Божия" (ср. "светящееся Я" манихеев). Астральное тело спускается со звезд и состоит из наслоений, окутывавших душу по мере ее нисхождения через планетные сферы. Оно "превосходит все мерки Природы". Его "нельзя ни связать, ни схватить"; оно может "проходить сквозь стены и преграды, ничего не ломая *". Связь астрального тела с душой, занимающей промежуточное положение между телом и духом (или разумом), позволяет прояснить природу существ, обитающих на астральном плане, которые, как мы помним, не являются ни материальными предметами, ни ментальными образами, но чем-то средним между тем и другим. Согласно современным оккультным воззрениям, астральный план - это область, в которую попадают наши желания, эмоции и чувства. С физическим планом он связан точно так же, как эмоции человека - с его физическим телом; вне астрального плана располагается "ментальный план", местонахождение "духовных" существ. И хотя обитатели астрального и ментального планов - продукты мышления и воображения (по крайней мере, до некоторой степени), оккультисты либо убеждены, что эти создания обладают независимым бытием, либо из соображений практического удобства допускают такую возможность. Парацельс утверждал, что физическое тело само по себе мертво, а астральное - одушевлено и подвижно.
Считалось, что процесс испарения влаги с поверхности нагретого вещества имеет определенную параллель применительно к человеку, и образование "духовного тела" в результате алхимической сублимации (многократных превращений твердого вещества в пар, а пара снова в твердое тело) представляло собой обретение способности путешествовать по астральному плану и возвращаться в физическое тело. "Изначальная грязь" или "внешняя сера", от которой алхимик избавлялся в процессе сублимации, символизирует мелочные, поверхностные побуждения и интересы, привязывающие человека к материальному плану. Нарастание жара, экстаз ферментации и экзальтации доводили алхимика до той грани, за которой он наконец получал возможность выйти за пределы своего существа и объединиться со всей вселенной. Теперь он мог охватить собой все пространство и время. Он вступал в ту неприступную крепость, где хранится Камень.
Последний раз редактировалось Николя 29 сен 2017, 20:33, всего редактировалось 1 раз.
Нам не дано познать Сущности Зиждителя, но мы можем петь Его Божественность. (Саади)

#2
Аватара пользователя
Николя
постоянный участник
Сообщения: 243
Зарегистрирован: 07 мар 2015, 00:05
Откуда: Оренбург

Re: Алхимия

Сообщение Николя » 29 сен 2017, 20:33

3. ЭЛИКСИР ЖИЗНИ

Маммон Коль ты узришь деянья Магии Великой, Как часть одна, соединившись с сотней, Меркуриев, Венер иль Лун Их обращает в сотню Солнц... Нет, в тысячу! и без конца! Тогда поверишь мне. Сурлей Увижу - так поверю. Маммон Ты думаешь, я вру? Клянусь, Кто обретает солнечный цветок, Рубин божественный, наш эликсир, Тот силою его немедля достигает Великих почестей, любви и долголетья; И всем, кому захочет, дарит доблесть, Победы и триумф. За двадцать восемь дней Я старца дряхлого в ребенка обращу! Сурлей Не сомневаюсь: он и так дитя.

Бен Джонсон. Алхимик

Адепт, успешно завершивший Великое Делание, получает не только Философский Камень, но и Эликсир Жизни. Будучи божественной и совершенной субстанцией, Камень вечен и бессмертен. Считалось, что он возвращает юность старикам, восстанавливает мужскую силу и дарует счастье и невинную свежесть уставшим от жизни. Он исцеляет увечных, лечит от всех болезней и даже воскрешает мертвых. Американский астролог Марк Эдмунд Джонс утверждает, что от оккультиста требуется "высвободиться из цепких объятий всего поверхностного и суетного, что окружает его, и в ходе этого укрепить свою вечную матрицу... он очищает и возвышает свою личность до тех пор, пока не достигнет совершенного состояния ФИЛОСОФСКОГО КАМНЯ, т. е. цельности характера, благодаря которой он и в самом деле оставит бессмертную память в сердцах своих ближних *". Однако то бессмертие, которое дарует Философский Камень, не ограничивается "бессмертной памятью". Адепт, ставший Философским Камнем, обретает истинное бессмертие. Он разрывает обременительную цепь смертных воплощений, соединяясь с вечной матрицей Единой Жизнью Вселенной. Однако некоторые Мастера предпочитали оставаться на земле и воплощаться в телесном облике вновь и вновь, чтобы помогать человечеству. Согласно Сирилу Скотту, одним из таких адептов в настоящее время является Великий Посвященный, известный как "Венгерский Мастер". Он живет в Европе и много путешествует. В одном из своих прошлых воплощений он был Проклом философом V века н. э.; затем - "великим английским государственным деятелем и философом" (по имени этот деятель не назван, но, вероятно, имеется в виду Фрэнсис Бэкон); а затем - графом Сен - Жерменом.
Святой Павел ныне перевоплотился в некоего критянина и занимается, главным образом, наблюдением за развитием спиритического движения. Дух Великого Посвященного, некогда бывшего Иисусом Христом, сейчас обитает в теле сирийца, живущего в Ливане. А до того, как стать Иисусом Христом, он был ветхозаветным героем Иисусом Навином **. (Иисус Навин был сыном Нуна, а иудейские комментаторы Ветхого Завета считали, что истинное имя Мессии должно быть "Йи-Нун", "сын Нуна", или "сын Рыбы"; таков один из источников раннехристианского символизма рыбы, обозначавшей Иисуса Христа.) Граф Сен-Жермен был одним из самых знаменитых оккультистов, которым когда-либо приписывали честь обладания Философским Камнем. Мэнли П. Холл, основатель и ведущий деятель Лос-Анджелесского общества философских исследований, пишет: "Граф де Сен-Жермен и сэр Фрэнсис Бэкон - величайшие из всех эмиссаров, посланных в мир Тайным Братством за последнее тысячелетие *". Под Тайным Братством здесь понимается община Мастеров, "штаб-квартира" которых находится где-то в Гималаях; эти Мастера стараются направить человечество на более высокие пути развития. Во Франции Сен-Жермен вращался в самых аристократических кругах. В 1759 году благодаря своей "молодильной воде" он добился благосклонности самой мадам де Помпадур. Чрезвычайно эрудированный и невероятно богатый, он был талантливым виолончелистом, художником и химиком, обладал фотографической памятью и, как утверждали, мог бегло говорить на одиннадцати языках, в том числе на китайском, арабском и санскрите. Говорили, что Сен - Жермену удалось получить Философский Камень, с помощью которого он и добыл все то золото и великолепные драгоценные камни, которыми в изобилии были украшены его наряды. Многие верили, что Сен - Жермену больше двух тысяч лет от роду; одни считали его Агасфером, другие - отпрыском некой арабской принцессы и саламандры, Сам Сен-Жермен с удовольствием предавался на публике "воспоминаниям" о великих особах далекого прошлого, с которыми ему довелось быть на короткой ноге, - в частности, о царице Савской и Клеопатре. Вдобавок он был свидетелем того, как на брачном пиру в Кане Галилейской Иисус Христос превратил воду в вино. Еще Сен-Жермен любил рассказывать трогательную историю о своем дорогом и давнем друге - Ричарде Львиное Сердце; обычно при этом граф обращался к своему слуге, чтобы тот подтвердил его слова. "Вы перепутали, сэр, - торжественно отвечал слуга. Я не могу этого помнить. Ведь я состою у вас на службе всего пятьсот лет". Свою поразительную долговечность Сен-Жермен объяснял действием особой диеты и чудесного эликсира. Память об этом эликсире дошла до наших дней под видом "чая Сен-Жермена" - слабительного препарата из александрийского листа (сенны). Особая диета же состояла, главным образом, из овсянки и белого мяса цыплят; изредка к ней добавлялось немного красного вина. Кроме того, Сен-Жермен принимал многочисленные предосторожности, чтобы ненароком не простудиться. Считается, что он умер в Германии в 1748 году, но некоторые оккультисты убеждены, что граф просто-напросто устроил себе фальшивые похороны (как, по их мнению, в свое время поступил и Фрэнсис Бэкон). Утверждали, что и в XIX столетии многие видели его живым и что с ним был знаком Бульвер-Литтон. Хотя, по общему мнению эзотериков, истинным Эликсиром Жизни был Философский Камень, у этого (чересчур редкостного!) средства всегда находилось множество конкурентов - разнообразных эликсиров молодости и здоровья. Методы омоложения варьировались в широких пределах. Одни советовали с этой целью пить человеческую кровь; другие - как, например, мадам де Севинье в XVII веке, - есть гадюк; третьи - впивать дыхание молодых девушек или спать с ними в одной постели (последний способ назывался "сунами-тизм", в честь юной сунамитянки Ависаги, которая согревала в постели одряхлевшего царя Давида пор называют "водой жизни" (ср. латинское название "aqua vitae", французское "eau-de-vie" и немецкое "lebenswasser", а также ирландское "uisgebeatha", от которого произошло слово "виски"). Правда, еще в начале XIV века Арнольд из Виллановы употреблял слово "алкоголь" в современном нам значении, отождествляя друг с другом термины "aqua vini" ("винная вода") и "aqua vitae" ("вода жизни"). Однако популярным такое словоупотребление стало только в XIX веке. Кроме того, алкоголь в прошлом называли "aqua ardens" ("огненная вода"), ибо он одновременно и жидкий, и горючий; считалось, что он состоит из огня и воды, а следовательно, является особой формой Философского Камня. Некоторые средневековые алхимики полагали, что алкоголь - это некая форма квинтэссенции, чистого пятого элемента, из которого сотворены небеса. Алкоголь заливали в перегонный куб, который помещали в навоз. Алкоголь испарялся, конденсировался в трубке и снова перетекал в дистиллятор. В результате такой циркуляции жидкость разделялась на два слоя: мутный нижний слой, соответствовавший земле, или четырем первоэлементам, и чисто-голубой верхний слой, соответствовавший небу, или квинтэссенции. В действительности же, разумеется, таким способом алхимики получали почти чистый спирт *. В семнадцатом веке был популярен простой в приготовлении алкогольный эликсир под названием "Вода доктора Стивенса". Считалось, что он лечит от всех болезней и продлевает жизнь. На один галлон хорошего гасконского вина следовало взять по одной драхме имбиря, сыти длинной, корицы, мускатных орехов, гвоздики, семян фенхеля, тминного семени и душицы, а также по одной пригоршне шалфея, дикого майорана, болотной мяты, перечной мяты, красных роз, тимьяна обыкновенного, постенницы, розмарина, тимьяна ползучего, ромашки и лаванды. Тщательно размятые травы и смолотые в порошок пряности добавляли в вино и настаивали двенадцать часов, часто помешивая. Затем настой трижды дистиллировали, сливая в отдельные сосуды первый, второй и третий продукты перегонки. Считалось, что это снадобье "успокаивает дух и жизненные органы и лечит все внутренние болезни, происходящие от холода; всякий, кто умеренно принимает эту воду, будет и в старости выглядеть молодым *". Еще одним очевидным кандидатом на звание Эликсира Жизни, разумеется, было золото, так как сам Философский Камень являлся идеальным золотом. Считали, что "Archidoxa Medicinae" (Эликсир Жизни) Парацельса изготовлялся именно из золота, а сам Парацельс высоко ценил "питьевое золото", считая его снадобьем для очищения крови и для предотвращения выкидышей, а также противоядием. Кроме того, это средство, будучи влито в рот новорожденному младенцу, отгоняло от ребенка бесов. Но самым главным его назначением была борьба с сердечными заболеваниями, ибо у золота и у сердца одна и та же планета-управитель - Солнце. Рецепт XVI или XVII столетия утверждает: для того чтобы приготовить "питьевое золото", необходимо вначале смешать три пинты красного винного уксуса с расплавленным и прокаленным на железной сковороде и измельченным в порошок слитком олова. Смесь несколько раз продистиллировать. Затем нагреть в тигле одну унцию золота с белой солью. Растереть в порошок смесь золота с солью, снова нагреть ее и промыть водой так, чтобы не осталось вкуса соли. Полученный продукт добавить к смеси уксуса с оловом (из расчета одна унция золота на одну пинту уксусно-оловянной смеси) и выпаривать до тех пор, пока эта смесь не приобретет консистенцию меда. Наконец разжижить смесь в винных парах - и получится "питьевое золото **". Примечательно, что в этом рецепте упоминается алкоголь, а также фигурируют мед и соль, которые предотвращают гниение. Фрэнсис Бэкон, которого оккультисты считают великим адептом, утверждал, что запах земли обладает тонизирующим действием: "Доказано, что хождение за плугом освежает дух и пробуждает аппетит". Лучшее время для такого лечения - весна, когда земля еще не "истратила свое сладостное дыхание на овощи, поспевающие летом"; с той же целью можно просто вскапывать землю лопатой. А "благородным дамам было бы весьма полезно, преклонив колени на подушечку, выпалывать сорняки". Поскольку земля - источник урожая и роста, то вдыхание ее испарений, как намекает Бэкон, способно продлевать жизнь: "Я знал одного великого человека, который прожил весьма долго; каждое утро, восседая на постели, велел он приносить себе чистый ком земли и на изрядное время прикладывал его к голове *" Другой выдающийся английский философ, Беркли, полагал, что ему посчастливилось найти вещество, которое может оказаться "панацеей" субстанцией, содержащей в себе концентрированную жизненную силу и исцеляющую от всех болезней. Таким чудесным снадобьем он считал дегтярную воду - смесь темной смолы хвойных деревьев (елей и сосен) с холодной водой в пропорции 1:4. Это средство Беркли обнаружил в период своей миссионерской деятельности среди индейцев. В трактате "Сейрис", опубликованном в 1744 году, он утверждает, что опиум, ртуть и мыло "с достаточным правом претендуют на звание Панацеи", однако добавляет, что сам он с успехом испытал действие дегтярной воды на страдающих самыми разнообразными недугами (в том числе оспой, астмой, кашлем, плевритом, несварением желудка, геморроем и цингой) и пришел к выводу, что возможности этого снадобья безграничны. Кроме того, дегтярная вода помогает сохранить здоровыми зубы и десны, освежает дыхание и укрепляет голос. Беркли предположил, что смола содержит в себе "растительную душу" или "сияющий дух, который суть форма или жизнь растения". Дух этот, "возвышенный и обогащенный" животворными лучами солнца, "стал благороднейшим из лекарств: это окончательный продукт жизнедеятельности дерева, в совершенстве вызревший под действием времени и солнечного тепла и света". Через два месяца после публикации трактата "Сейрис" в Лондоне открылась аптека, торгующая дегтярной водой, и на некоторое время это лекарство стало чрезвычайно модным. Многие оккультисты, размышляя о сущности жизни, о том, из чего она состоит или в какой субстанции содержится, надеялись, что смогут использовать эту "жизненную эссенцию" как эликсир для продления молодости и исцеления болезней. Согласно Парацельсу, сущность жизни содержится в некоей невидимой субстанции, называемой "мумия". Кровь, волосы, пот, моча и экскременты в течение некоторого времени сохраняют жизненную силу тела, от которого они отделились, а потому из них можно изготовить "микрокосмический магнит", содержащий в себе "мумию" и притягивающий ее точно так же, как намагниченное железо притягивает железные предметы. Если приложить этот "микрокосмический магнит" к больной части тела пациента, то он вытянет из нее больную "мумию". Затем "магнит" следует смешать с землей и посадить в эту землю какое-нибудь растение. Больная "мумия" перейдет в растение, а пациент поправится. Парацельс применял магниты также для лечения недугов, вызванных дисбалансом или неправильным распределением первоэлементов в теле больного (а Платон и Гален задолго до него утверждали, что причиной всех заболеваний является именно дисбаланс элементов, из которых состоит организм). Например, чтобы излечить женщину от истерии, Парацельс прикладывал один полюс магнита к животу пациентки над маткой, а противоположный полюс другого магнита - под маткой, в результате чего восстанавливалось нормальное течение "нервного флюида", управляющего деятельностью матки. А для лечения эпилепсии отрицательный полюс магнита следовало поместить на голову пациента, а положительный полюс другого магнита - на область желудка. Таким образом пресекалось направленное к мозгу течение "нервного флюида", служившее причиной эпилептических припадков *. Спустя два столетия эти идеи получили развитие в учении Франца Месмера и его последователей. В 1766 г. Месмер опубликовал тезисы этого учения, заявив, что движение планет влияет на человеческий организм посредством невидимого флюида, пронизывающего всю вселенную. Первоначально он отождествлял этот флюид с электричеством, но позднее назвал его "животным магнетизмом", поскольку тот действовал главным образом на живых существ и обладал магнитными свойствами. Месмер уподоблял человеческий организм двухполюсному магниту, считая, что левая сторона тела содержит полюсы, противоположные полюсам правой стороны. Заболевания возникают по причине дисбаланса животного магнетизма, и чтобы излечить больного, необходимо восстановить в его организме равновесие между противоположными полюсами. Для этого можно либо поглаживать тело больного магнитами, либо просто воздействовать на него силой воли, поскольку течение животного магнетизма подчиняется тренированной воле. В 1778 г. Месмер приехал в Париж, открыл там клинику и завоевал большую популярность. Он усаживал своих пациентов вокруг большой дубовой лохани, наполненной водой, железными стружками и толченым стеклом. Из лохани торчали железные стержни. Пациенты прикладывали эти стержни к больным частям тела, а Месмер, облаченный в бледно-сиреневое одеяние, величаво расхаживал вокруг, время от времени совершая пассы над пациентами или прикасаясь к ним длинным железным посохом. Результаты были самыми разнообразными. Одни пациенты вовсе ничего не чувствовали; другим было щекотно, словно у них по коже ползали насекомые; у третьих начинался истерический смех, конвульсии или неудержимая икота. А некоторые впадали в исступление и начинали бредить; это состояние Месмер именовал "кризисом" и считал чрезвычайно благотворным *. Открытая Месмером возможность контролировать "магнетический флюид" посредством силы воли легла в основу месмеризма и гипнотизма. Его теория также оказала влияние на многих оккультистов, и в особенности на Элифаса Леви. Леви отождествлял месмеровский флюид животного магнетизма с астральным светом, который содержится во всех вещах и явлениях вселенной. Это одновременно вещество и сила, флюид и своего рода свет; возник же он в тот самый миг, когда Господь повелел: "Да будет свет". У астрального света два полюса, как и у магнита. Он заключает в себе добро и зло, переносит свет и распространяет тьму. Из него состоит астральное тело, и он подчиняется человеческой воле. Астральный свет, - пишет Леви в "Ключе к мистериям", - это и есть "текучее и живое золото" алхимии, и чтобы управлять им, нужно подчинить своей воле все вещи. "Властвовать над магнетическими силами означает разрушать и творить формы; порождать все зримое и уничтожать любые тела. Это означает обладать всемогущей силой Природы". Вера в существование Эликсира Жизни - еще одно отражение магической теории о потенциальной божественности человека. Бог вечен и не подвержен тлению, а следовательно, и для человека существует бессмертие - только бы он сумел до него дотянуться.
Нам не дано познать Сущности Зиждителя, но мы можем петь Его Божественность. (Саади)

#3
Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость